Обзор судебной практики Федерального арбитражного суда Московского округа по спорам, связанным с исполнением обязательств по облигациям

Дата: 
19.08.2011

Утвержден
протокольным решением
Президиума ФАС МО
№ 16 от 19.08.2011 г.

Обзор
судебной практики Федерального арбитражного суда Московского округа по спорам, связанным с исполнением обязательств по облигациям.

Общие положения.

1. Для погашения облигаций список их владельцев предоставляется депозитарием, а не самим владельцем.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителям) о солидарном взыскании номинальной стоимости облигаций.

Судом первой инстанции иск удовлетворен в полном объеме, постановлением суда апелляционной инстанции судебный акт оставлен в силе.

Эмитент обратился с кассационной жалобой, в которой, сослался на неправильное применение судом норм статьи 29 ФЗ «О рынке ценных бумаг», обязывающих, по мнению заявителя, именно владельца облигаций представить эмитенту при погашении облигаций список владельцев ценных бумаг, так как в отсутствие доказательств предоставления эмитенту такого списка не мог быть определен момент возникновения обязанности эмитента по погашению ценных бумаг в связи с чем не имелось оснований да удовлетворения иска.

Суд кассационной инстанции оставил в силе судебные акты- нижестоящих инстанций, при этом согласился с тем, что судами было правильно указано, что нормы статьи 29 ФЗ «О рынке ценных бумаг» устанавливают общее правило реализации прав по предъявительским, эмиссионным ценным бумагам, а в Решении о выпуске ценных, бумаг условия и порядок погашения облигаций регламентированы более подробно, а именно: дата, на которую составляется список владельцев облигаций для целей их погашения, определяется исходя из перечня (списка) владельцев облигаций, который предоставляет Эмитенту и/или Платежному агенту не сам владелец облигаций, а депозитарий (организация, которая хранит ценные бумаги по поручению клиентов и реализует их права по этим бумагам). Доказательств непредставления депозитарием таких данных эмитенту в деле не имелось (Постановление ФАС МО от 11.02.2011 № КГ-А40717471-10-П по делу № А40-127179/09-159-976).

2. В подтверждение своих прав на облигации заявителем должны быть представлены доказательства, установленные в Решении о выпуске ценных бумаг.

Определением суда первой инстанции в отношении должника (эмитента) введена процедура наблюдения.

Управляющая компания (владелец облигаций) обратилась в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника, суммы задолженности.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, во включении в реестр требований кредиторов должника требований Управляющей компании отказано.

Суд кассационной инстанции оставил в силе состоявшиеся судебные акты» указав следующее.

Судами установлено, что Управляющая компания просила включить в реестр требований кредиторов задолженность по выплате номинальной стоимости облигаций и купонного дохода.

В силу статьи 18 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» при документарной форме эмиссионных ценных бумаг сертификат и Решение о выпуске ценных бумаг являются документами, удостоверяющими права, закрепленные ценной бумагой.

В соответствии с Решением о выпуске ценных бумаг выпуск всех облигаций оформляется одним сертификатом, подлежащим обязательному централизованному хранению в депозитарии, которым осуществляется учет и удостоверение прав на облигации.

Согласно Положению о депозитарной деятельности в Российской Федерации, утвержденному Постановлением ФКЦБ России от 16.10.1997 № 36, в случае хранения сертификатов документарных ценных бумаг в депозитарии, права, закрепленные ценными бумагами, осуществляются на основании предъявленных этими депозитариями сертификатов по поручению, предоставляемому депозитарными договорами владельцев, с приложением списка этих владельцев.

Аналогичные положения предусмотрены Решениями о выпуске облигаций.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами судов о том, что наличие у кредитора облигаций должно быть подтверждено доказательствами, установленными в Решении о выпуске ценных бумаг. Однако Управляющей компанией в подтверждение своих прав была представлена выписка, выданная обществом, которое не является депозитарием (Постановление ФАС Московского округа от 06.07.2010 №КГ«А40/6713-10 по делу № А40-59054/09-88-224-Б).

3. Договор купли-продажи (обратного выкупа) спорных облигаций признается заключенным только в случае выполнения всеми участниками облигационного займа специальных правил совершения биржевых сделок» содержащихся в Правилах о системе торгов по ценным бумагам на Бирже.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителям) об обязании солидарно совершить действия по выкупу облигаций, о взыскании солидарно с ответчиков номинальной стоимости облигаций и накопленного купонного дохода по облигациям, взыскании неустойки.

Постановлением суда апелляционной инстанции оставлено в силе решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Суд исходил из того, что истцом не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих совершение истцом юридически значимых действий для акцептирования, а именно отсутствуют доказательства того, что заявка на приобретение Облигаций направлялась именно в адрес уполномоченного Брокера ответчика, а не какого-то иного третьего лица. Также не представлен документ, подтверждающий соблюдение срока при выставлении истцом адресной заявки.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, истец подал кассационную жалобу, указав, что им выполнены все необходимые условия акцептирования, что подтверждается имеющимися в деле доказательствами.

Суд кассационной инстанции оставил в силе судебные акты, указав следующее.

В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Направленная ответчиком истцу Безотзывная оферта содержала предложение заключить сделку купли-продажи ценных бумаг на условиях, указанных в оферте, в соответствии с Правилами проведения торгов по ценным бумагам на Бирже (далее -Правила Биржи).

В соответствии с положениями Правил Биржи сделки с ценными бумагами заключаются в Системе торгов Биржи в соответствии с Правилами Биржи на основании объявленных (поданных) участниками торгов заявок противоположенной направленности.

Заключение сделки осуществляется в Системе торгов при совпадении условий, указанных в двух встречных адресных заявках.

Момент заключения участником торгов сделки подтверждается фактом ее регистрации в Системе торгов, а документом, подтверждающим заключение участником торгов сделки, является выписка из реестра сделок.

При этом истец расценивал свои действия как акцепт Безотзывной оферты и, следовательно, как основание для заключения между истцом и ответчиком договора купли-продажи облигаций, поскольку по смыслу условий Решения о выпуске ценных бумаг у ответчика не имелось права произвольного отказа от выставления встречной заявки.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами судов обеих инстанций, которые посчитали, что истцом не совершены юридически значимые действия, предусмотренные Безотзывной офертой, не соблюдены правила акцептирования, поэтому не имелось оснований для возникновения у ответчиков денежного обязательства перед истцом, и возникновения обязанности выставления встречной заявки.

Следовательно, без выставления ответчиком на бирже встречной заявки противоположной направленности и регистрации заключения сделки в Системе торгов, договор купли-продажи ценных бумаг между истцом и ответчиком не может считаться заключенным.

В силу статьи 421 ГК РФ стороны свободны в установлении условий заключения договора и в данном случае стороны согласовали условия заключения сделки купли­-продажи ценных бумаг на условиях, указанных в Безотзывной оферте в соответствии с Правилами Биржи проведения торгов по ценным бумагам, Вместе с тем, договор купли-продажи ценных бумаг между истцом и ответчиком не мог считаться заключенным ввиду несоблюдения специальных правил совершения биржевых сделок (Постановление ФАС МО от 05.03.2010 № КГ-А40/1083-10 по делу № А40-19826709-138-192).

4. Переход права собственности на облигации автоматически не наделяет нового владельца облигаций тем же объемом прав, которые имелись у предыдущего владельца, соответственно, отсутствуют основания для применения положений о процессуальном правопреемстве истца в спорных отношениях, возникших вследствие неисполнения эмитентом обязанности по обратному выкупу облигаций.

Истец (управляющая компания, владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителям) о взыскании с эмитента задолженности по обратному выкупу облигаций, накопленного купонного дохода, процентов за пользование чужими денежными средствами, об обязании эмитента принять облигации, а также взыскании с поручителей и эмитента солидарно купонного дохода.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены.

Данное решение было обжаловано ответчиками в суд апелляционной инстанции, где ими заявлено ходатайство о процессуальном правопреемстве истца на одного из ответчиков (поручителя) в связи с заключением между истцом и данным ответчиком договора купли-продажи ценных бумаг, являющихся предметом спора, который (как указывали представители сторон) одновременно являлся и договором уступки права требования.

Определением суда апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства было отказано со ссылкой на нормы статей 2, 40, 41, 44 АПК РФ, при этом суд апелляционной инстанции отклонил ссылку заявителя на статью 413 ГК РФ, поскольку данной нормой предусмотрено прекращение обязательства совпадением должника и кредитора в одном лице как гражданско-правового обязательства, а не процессуальная возможность предъявления исковых требований к самому себе.

Также суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что данный договор исполнен только в части купли-продажи ценных бумаг, при этом доказательств исполнения обязательств по уступке права требования к должнику и поручителям не представлено, и переход права собственности на ценные бумаги, состоявшийся после вынесения решения судом первой инстанции, не свидетельствует об уступке права по предъявленному истцом требованию.

С определением суда апелляционной инстанции не согласился истец по делу и обратился в суд кассационной инстанции с кассационной жалобой, в которой просил определение отменить и осуществить замену истца на поручителя, поскольку произошло выбытие одной из сторон в соответствии со статьей 48 АПК РФ, истец уступил свои права заимодавца по договору облигационного займа правопреемнику, которому согласно статье 29 ФЗ «О рынке ценных бумаг» с момента передачи ценных бумаг перешли все права, закрепленные эмиссионной ценной бумагой.

Суд кассационной инстанции оставил в силе обжалуемый судебный акт, указав следующее.

Согласно статье 48 АПК РФ основанием для процессуального правопреемства является выбытие одной из сторон не в любом материальном правоотношении, а в спорном таи установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении.

Спор по делу возник между истцом как владельцем облигаций, и эмитентом в связи с неисполнением обязательств по приобретению облигаций на условиях Решения о выпуске и Проспекта ценных бумаг. При этом реализация владельцами облигаций прав требования исполнения денежного обязательства (досрочного приобретения облигаций эмитентом) возможна только при условии соблюдения определенной последовательности действий, строго регламентированной условиями Решения о выпуске ценных бумаг,

Таким образом, право требовать от эмитента приобретения облигаций возникает не у каждого владельца облигаций, а только у того, кто предъявил эмитенту требование о выкупе в соответствии с условиями» предусмотренными Решением о выпуске и Проспектом эмиссии ценных бумаг.

Следовательно, в спорных отношениях сторон по иску о взыскании номинальной стоимости облигаций вследствие неисполнения эмитентом обязанности по обратному выкупу ценных бумаг переход права собственности на облигации новому владельцу автоматически не наделяет нового владельца облигаций тем же объемом прав, которые имелись у предыдущего владельца в связи с предъявлением последним требования эмитенту о приобретении спорных облигаций.

Новый владелец облигаций такого требования к эмитенту с соблюдением всех необходимых условий, согласованных в Решении о выпуске ценных бумаг и Проспекте ценных бумаг, не предъявлял. Поэтому купля-продажа спорных облигаций не свидетельствует об уступке права в спорном правоотношении.

Также судебная коллегия кассационной инстанции согласилась с выводом суда апелляционной инстанции о том, что действия сторон, которые заявляют о достижении ими согласия и возможности заключения мирового соглашения лишь в случае удовлетворения ходатайства о процессуальном правопреемстве, не направлены в данном случае на защиту своих прав и законных интересов (Постановление от 24.03.2010 № КГ-А40/4736-10 по делу № А40-59788/09-137-534).

5. Включение эмитентом в безотзывную оферту о приобретении облигаций третейской оговорки, отсутствующей в ранее зарегистрированных эмиссионных документах, противоречит пункту Э статьи 17 Закона о рынке ценных бумаг, в связи с чем в части третейской оговорки оферта эмитента ничтожна вне зависимости от ее акцепта владельцами облигаций.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителю)   о   солидарном   взыскании   задолженности   по   возврату   суммы облигационного займа, процентов за пользование суммой займа, о взыскании с эмитента процентов за пользование чужими денежными средствами, а также убытков, причиненных неисполнением обязанности по возврату суммы облигационного займа и уплаты процентов, в связи с неисполнением обязательств по ценным бумагам эмитентом в установленный срок.

Постановлением суда апелляционной инстанции оставлено в силе решение суда первой инстанции, которым исковое заявление в части требований истца к эмитенту оставлено без рассмотрения, в удовлетворении исковых требований к поручителю отказано полностью.

Суд кассационной инстанции отменил состоявшиеся судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Оставляя без рассмотрения требования к эмитенту, суды исходили из того, что оферта эмитента содержала третейскую оговорку, истец акцептовал ее без разногласий и не доказал невозможности высказать возражения против третейской оговорки при акцепте оферты.

Вывод судов о подсудности спора третейскому суду не соответствовал пункту 3 статьи 5 Закона о третейских судах, предусматривающему, что третейское соглашение о разрешении спора по договору действительно, если только такое соглашение заключено после возникновения оснований для предъявления иска.

Все существенные условия по приобретению облигаций определяются как в оферте, так и в эмиссионных документах и не могут быть изменены соглашением сторон в силу требований законодательства о рынке ценных бумаг. Решением о выпуске ценных бумаг было предусмотрено, что в случае неисполнения эмитентом обязательств по облигациям владельцы облигаций вправе обратиться в арбитражный суд первой инстанции или суд общей юрисдикции по месту нахождения эмитента.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что третейская оговорка, включенная в оферту эмитента после размещения облигаций, противоречит эмиссионным документам, которыми руководствовались владельцы облигаций при их приобретении. Оферта эмитента является способом исполнения установленной эмиссионными документами обязанности по приобретению облигаций. Включение эмитентом после регистрации выпуска облигаций в оферту третейской оговорки, противоречащей ранее зарегистрированным эмиссионным документам, меняет объем прав владельцев облигаций, что противоречит пункту 3 статьи 17 Закона о рынке ценных бумаг. В связи с этим в части третейской оговорки оферта эмитента ничтожна вне зависимости от ее акцепта владельцами облигаций (Постановление ФАС Московского округа от 17.02.2010 № КГ-А40/12007-09 по делу № А40-21574/09-132-169).

Ответственность эмитента.

6.  Неисполнение эмитентом обязательств по погашению накопленного купонного дохода дает право владельцу облигаций требовать выплат номинальной стоимости облигаций, а также требовать исполнения этих обязательств от поручителей эмитента.

Истцы (владельцы облигаций) обратились в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителю) о солидарном взыскании номинальной стоимости облигаций, купонного дохода и процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку эмитентом не исполнены обязательства по облигационному займу.

Постановлением суда апелляционной инстанции изменено решение суда первой инстанции об' удовлетворении иска,, отказано в солидарном взыскании с ответчиков процентов за пользование чужими денежными средствами, указанная задолженность взыскана только с эмитента, поскольку установлено, что ответственность поручителя ограничена в пределах определенной суммы номинальной стоимости облигаций и купонного дохода по ним.

Суд кассационной инстанции оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами суда апелляционной инстанции, указав, что поскольку эмитентом не представлено доказательств своевременной выплаты купонного дохода в соответствии с Решением о выпуске ценных бумаг, то сеть технический дефолт ответчика по погашению облигаций состоялся, в связи с чем владельцы облигаций вправе требовать от эмитента и его поручителей выплаты номинальной стоимости облигаций, купонного дохода.

Поскольку исполнение обязательств по облигациям в соответствии с Решением о выпуске ценных бумаг обеспечивалось поручителем только в части номинальной стоимости облигаций и купонных доходов (в пределах определенного денежного лимита), то судом апелляционной инстанции был сделан правильный вывод о том, что поручитель несет перед истцом солидарную с эмитентом ответственность по обязательствам последнего только по номинальной стоимости облигаций и купонного дохода (Постановление ФАС Московского округа от 07.05.2010 № КА-А40/4088-10 по делу № А40-77468/09-159-660, Определением ВАС РФ от 16.09.2010 № ВАС-9493/Ю отказано в передаче дела № А40-77468/09-159-660 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления).

7. В правоотношениях облигационного займа понятие «амортизация» подлежит оценке не е точки зрения бухгалтерского учета, а как финансовый термин, означающий погашение финансовых заимствований посредствам периодических платежей.

Решением суда первой инстанции должник (эмитент) признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Заявитель (владелец облигаций) обратился в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника суммы требований по амортизации, суммы требований по купонному доходу, номинальной стоимости облигаций.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, требования заявителя признаны обоснованными в части номинальной стоимости облигаций и купонного дохода и включены в реестр требований кредиторов в третью очередь. В части включения в реестр требований кредиторов суммы требований по амортизации отказано.

Суд первой инстанции исходил из того, что амортизация не может быть применена к ценным бумагам, поскольку ценные бумаги не являются орудием производства, их оборот регулируется законодательством о рынке ценных бумаг, с чем согласился суд апелляционной инстанции, указав при этом, что Закон «О рынке ценных бумаг» не содержит понятия «амортизация ценных бумаг»; ценные бумаги в силу части 2 статьи 256 Налогового кодекса Российской Федерации амортизации не подлежат.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами в части отказа в удовлетворении требований, заявитель обратился с кассационной жалобой.

Суд кассационной инстанции отменил состоявшиеся судебные акты в указанной части, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции и указав следующее.

Решение о выпуске ценных бумаг - документ, содержащий данные, достаточные для установления объема прав, закрепленных ценной бумагой, то есть Решение о выпуске ценных бумаг является правоустанавливающим документом. Именно в нем закрепляется совокупность прав, предоставляемых ценными бумагами.

Как следовало из требования владельца облигаций, он заявил свои требования к эмитенту в соответствии с Решением о выпуске облигаций, в котором установлено, что часть номинала облигации гасится частями в несколько амортизационных периодов. Однако данный довод не получил правовой оценки со стороны судов.

Суд кассационной инстанции не согласился с определением судами понятия амортизация, и выводом о том, что такое понятие не может быть применено к ценным бумагам, признав его ошибочным.

Исходя из толкования понятия «амортизация» применительно к финансовому рынку ценных бумаг (облигаций), например, исходя из Условий эмиссии и обращения облигаций федерального займа с амортизацией долга, данное слово определяется как структура выплат, связанная с погашением финансовых заимствований посредством ряда периодических платежей. Амортизация долга - погашение номинальной стоимости ценных бумаг. При амортизации долга размер погашаемой части номинальной стоимости определяется на каждую дату ее выплаты.

Данный метод на рынке ценных бумаг применяется для того, чтобы для держателя ценных бумаг данные облигации были более привлекательны для их покупки,

(Постановление ФАС Московского округа от 10.03.2011 № КГ-А41/1411-11 по делу № А41-31138/09, Постановление ФАС Московского округа от 26.05.2011 № КГ-А41/3676-11 по делу № А41-31527/09)

Ответственность поручителей.

8. Договором поручительства и/или Решением о выпуске ценных бумаг могут быть установлены определенные условия, ограничивающие ответственность поручителя как предельной суммой, так и по видам обязательств эмитента, в связи с чем возникновение иных обязательств поручителя не будет соответствовать условиям такого договора/Решения о выпуске ценных бумаг.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителю) о солидарном взыскании номинальной стоимости облигаций, невыплаченной суммы купонного дохода, процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с неисполнением обязательств по ценным бумагам эмитентом в установленный срок.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены.

В суде апелляционной инстанции решение не обжаловалось.

В кассационной жалобе поручителем указывалось, что взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами солидарно противоречит условиям поручительства, указывающим на солидарное с эмитентом обязательство только по выплате номинальной стоимости облигаций (основной суммы долга) и выплате причитающихся процентов (купонного дохода).

Суд кассационной инстанции изменил решение суда первой инстанции в части взыскания с эмитента и поручителя солидарно процентов за пользование чужими денежными средствами, и отказал в удовлетворении данного требования с поручителя.

Принимая судебный акт, суд кассационной инстанции указал, что ограниченная ответственность поручителя в пределах определенной суммы предусмотрена как Решением о выпуске ценных бумаг, так и Офертой о предоставлении обеспечения в форме поручительства для целей выпуска облигаций.

Из Решения о выпуске ценных бумаг следовало, что поручитель, предоставивший обеспечение, несет солидарную с эмитентом ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) эмитентом обязательств по облигациям (по выплате купонного дохода и номинальной стоимости облигаций при их погашении).

Следовательно, учитывая, что Решением о выпуске ценных бумаг были установлены условия, ограничивающие ответственность поручителя, вывод относительно возникновения у поручителя солидарных обязательств по выплате истцу процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных в связи с просрочкой исполнения заемщиком обязательств по осуществлению купонной выплаты, был сделан судом первой инстанции при неправильном применении положений пункта 2 статьи 363 ПС РФ (Постановление ФАС Московского округа от 16.07.2010 № КГ-А40/6472-10 по делу № А40-161620/09-134-997).

По другому делу суд кассационной инстанции оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции о взыскании солидарно с эмитента и поручителя суммы задолженности по облигационному займу, поскольку установленная в Решении о выпуске ценных бумаг и договором поручительства ограниченная ответственность поручителя не превысила установленного лимита (Постановление ФАС Московского округа от 17.12.2010 № КГ-А41/16286-10-П по делу № А41-19147/09).

9. Общая формулировка в Решении о выпуске ценных бумаг об ответственности поручителя за неисполнение обязательств Эмитента включает ответственность поручителя за невыплату номинальной стоимости облигаций вследствие отказа Эмитента от их досрочного приобретения, если иное не предусмотрено в Решении о выпуске ценных бумаг.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителю) о солидарном взыскании задолженности по возврату суммы облигационного займа, процентов за пользование суммой займа, о взыскании с эмитента процентов за пользование чужими денежными средствами, а также убытков, причиненных неисполнением обязанности по возврату суммы облигационного займа и уплаты процентов, в связи с неисполнением эмитентом обязательств по досрочному приобретению ценных бумаг в установленный срок.

Постановлением суда апелляционной инстанции оставлено в силе решение суда первой инстанции, которым исковое заявление в части требований истца к эмитенту оставлено без рассмотрения в связи с наличием третейской оговорки, в удовлетворении исковых требований к поручителю отказано полностью.

Отказывая в иске к поручителю, суд первой инстанции исходил из условий, содержащихся в Решении о выпуске ценных бумаг, в соответствии с которыми поручитель несет перед владельцами облигаций солидарную с эмитентом ответственность за неисполнение/ненадлежащее исполнение последним облигационных обязательств, и сделал вывод об отсутствии оснований для наступления ответственности поручителя.

Суд апелляционной инстанции согласился с данным выводом суда первой инстанции, указав также на то, что поручитель не отвечает по обязательствам эмитента, возникшим по досрочному приобретению ценных бумаг.

Суд кассационной инстанции отменил состоявшиеся судебные акта и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Судами было установлено, что в соответствии с Решением о выпуске ценных бумаг поручитель несет перед владельцами облигаций солидарную с эмитентом ответственность по обязательствам за неисполнение/ненадлежащее исполнение последним обязательств.

При этом в Решении было определено, что под дефолтом понимается просрочка или отказ эмитента от исполнения обязательств по выплате купонного дохода или номинальной стоимости облигаций. Также в Решении указывалось, что владельцы облигаций вправе предъявить претензии поручителю в случае неисполнения/ненадлежащего исполнения эмитентом обязательств по облигациям, в том числе в случае дефолта. Из этого следует, что непогашение купона или номинальной стоимости облигаций не является единственным фактом неисполнения, за который отвечает поручитель.

Выводы судов об отсутствии поручительства по обязательствам покупателя (эмитента) из договора купли-продажи, заключенного на основании безотзывной оферты эмитента, противоречат природе спорных правоотношений, исходя из которых досрочное приобретение облигаций согласно эмиссионным документам в определенных случаях является обязательным и опосредует право владельцев облигаций требовать досрочного исполнения обязательств по возврату облигационного займа.

В соответствии с нормой статьи 27.4 Закона о рынке ценных бумаг договор поручительства, которым обеспечивается исполнение обязательств по облигациям, может предусматривать только солидарную ответственность поручителя и эмитента за неисполнение или ненадлежащее исполнение эмитентом обязательств по облигациям, в том числе выполнение обязательств по досрочному выкупу облигаций.

При этих условиях недостаточная четкость формулировок в эмиссионных документах не дает основания для вывода об исключении ответственности поручителя по обязательствам эмитента перед владельцами облигаций, то есть ответственность поручителя охватывает и случаи неисполнения эмитентом своих обязанностей по оплате ценных бумаг вследствие отказа от их досрочного приобретения (Постановление ФАС Московского округа от 17.02.2010 № КГ-А40/12007-09 по делу № А40-21574/09-132-169).

10. Если поручитель обязался отвечать перед владельцами облигаций в части исполнения обязательства эмитента по выплате купонного дохода, который не указан в числовом выражении и определен в порядке, предусмотренном Решением о выпуске ценных бумаг, то установление размера процентной ставки по очередному купону не может квалифицироваться как изменение обязательства, влекущее увеличение ответственности поручителя» требующее согласия последнего.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителям) о солидарном взыскании купонного дохода по облигациям, процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с неисполнением эмитентом обязательств по выплате купонного дохода.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения' постановлением суда апелляционной инстанции, исковые требования истца к эмитенту удовлетворены, в удовлетворении иска к первому поручителю отказано, в отношении второго поручителя производство по делу прекращено.

Отказывая в части удовлетворения иска к первому поручителю суды исходили из того, что процентная ставка была установлена в размере 17 % годовых, в то время как ранее, на день размещения облигаций, она составляла 13,65 % годовых. Суды пришли к выводу о том, что обязательства поручителя прекратились на основании пункта 1 статьи 367 ГК РФ в связи с изменением обеспеченного поручительством обязательства, влекущим увеличение ответственности поручителя без его согласия.

Суд кассационной инстанции состоявшиеся судебные акты в части прекращения производства к одному из поручителей оставил без изменения» отменив решение и направив дело на новое рассмотрение только в части отказа в удовлетворении иска к первому поручителю.

Как установлено судами, эмитент определил купонный доход в размере 13,65 % годовых, в последующем увеличив процентную ставку до 17 % годовых. В Решении о выпуске ценных бумаг был установлен порядок определения процентных ставок по купонам, в котором размер купонного (процентного) дохода в числовом выражении не указан. Согласно данному эмиссионному документу расчет суммы выплат по каждому из купонов на одну облигацию производится по установленной формуле с переменными, значения которых не могут изменяться в зависимости от усмотрения эмитента. При этом Стандарты эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг допускают изменение процента (купона) по облигациям.

По условиям своего обязательства первый поручитель отвечает перед владельцами облигаций в размере номинальной стоимости облигаций, определенной в числовом выражении, и в размере совокупного купонного дохода, не определенного в числовом выражении.

Таким образом, первый поручитель обязался отвечать перед владельцами облигаций в части исполнения обязательства эмитента по выплате купонного дохода, определенного в порядке, предусмотренном Решением о выпуске ценных бумаг. Установление размера процентной ставки по очередному купону не может квалифицироваться как изменение обязательства, влекущее увеличение ответственности поручителя, требующее согласия последнего.

В связи с этим, по мнению суда кассационной инстанции, оснований для вывода о прекращении поручительства в соответствии с пунктом 1 статьи 367 ГК РФ в данном случае не имелось (Постановление ФАС Московского округа от 21.01.2010 № КГ-А40/14622-09 по делу № А40-55755/09-134-331).

11. Введение процедуры ликвидации в отношении должника, являющегося -эмитентом   по облигационному обязательству, не является основанием для прекращения договора поручительства.

Решением суда первой инстанции Общество (поручитель эмитента по облигационному займу) признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство.

В рамках дела о банкротстве поручителя владелец облигаций обратился с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника номинальной стоимости облигаций, накопленного купонного дохода.

Суд первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказал, указав, что в связи с началом процедуры ликвидации Эмитента, поручительство Общества (признанного банкротом) прекратилось.

В апелляционном порядке дело не рассматривалось.

Суд кассационной инстанции отменил состоявшийся судебный акт с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основанием.

Поручительством должника обеспечены обязательства по Облигационному займу эмитента в соответствии с условиями оферты по поручительству, изложенной в Решении о выпуске ценных бумаг.

На момент обращения владельца ценных бумаг в суд первой инстанции с требованиями к должнику само обеспечиваемое обязательство не претерпело никаких изменений.

Процедура ликвидации эмитента влечет такие последствия, как отсрочку исполнения ликвидируемым обществом обязательств (до момента утверждения промежуточного ликвидационного баланса), а также обязанность выплаты денежных средств кредиторам только в порядке очередности.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что введение процедуры ликвидации в отношении должника по основному обязательству не влечет оснований для прекращения договора поручительства, предусмотренных статьей 367 ГК РФ (Постановление ФАС Московского округа от 06.07.2010 № КГ-А40/6713-10 по делу № А40-59054/09-88-224-Б).

12.  Гражданским законодательством не исключен такой способ оформления поручительства по ценным бумагам как направление безотзывной оферты в виде отдельного документа за рамками эмиссионных документов.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, удовлетворены исковые требования истца (владельца облигаций) в части солидарного взыскания с поручителей купонного дохода, поскольку судом признаны обоснованными требования владельца облигаций к данным ответчикам (поручителям) с учетом выпущенных данными ответчиками безотзывных публичных оферт.

В кассационной жалобе ответчики утверждали о том, что договоры поручительства являются незаключенными, поскольку в эмиссионных документах сведений о них не содержится, что сведения об офертах были размещены в ленте новостей агентства Интерфакс не ими, а эмитентом.

Суд кассационной инстанции оставил в силе состоявшиеся судебные акта, указав следующее.

Действующим законодательством напрямую не предусмотрен такой способ оформления поручительства по ценным бумагам как направление безотзывной оферты в виде отдельного документа за рамками эмиссионных документов, вместе с тем действующее гражданское законодательство, которому присуща диспозитивность, не запрещает обеспечить обязательства эмитента именно таким способом.

Материалами дела и имеющейся в общем доступе судебной практикой было подтверждено, что в предпринимательских отношениях в сфере выпуска и обращения ценных бумаг эмитента, по поводу которых между участвующими в настоящем деле лицами возник спор, оформление обеспечения обязательств указанного эмитента путем подписания другими лицами безотзывных оферт получило распространение, достаточное для вывода о том, что сложившиеся между ответчиками и эмитентом отношения по выдаче безотзывных оферт являются применяемым в их предпринимательской деятельности правилом поведения.

Суд кассационной инстанции отклонил довод ответчиков о размещении оферт эмитентом, указав, что то обстоятельство, что сообщения о безотзывных офертах ответчиков были размещены в ленте новостей эмитентом, не может иметь определяющего правового значения для вывода о незаключенности безотзывных оферт и отсутствии поручительства, поскольку в безотзывных офертах конкретный порядок опубликования оферты не установлен, а факт подписания самих безотзывных оферт ответчиками не был опровергнут.

Кроме того, данное обстоятельство не влияла на факт заключенности или незаключенности поручительства с учетом публичного характера возникающих на рынке ценных бумаг отношений, поскольку ответчикам, в том случае, если бы у них не было намерения выступить поручителями по обязательствам эмитента, стало бы известно о размещении эмитентом такого сообщения, соответственно, ими могло бы быть заявлено об обстоятельствах отсутствия обеспечения обязательств данного эмитента путем оформления безотзывных оферт.

Однако возражения относительно незаключенности, а также недействительности безотзывных оферт были заявлены ответчиками только после неисполнения эмитентом обязательств перед владельцами облигаций, в том числе, обязательств перед истцом по настоящему делу по выплате купонного дохода.

Также судами при отклонении доводов ответчиков о том, что эмиссионные документы эмитента не содержат сведений о поручительствах ответчиков, были правильно применены нормы статей 2, 18, 27.2 ФЗ «О рынке ценных бумаге, учтен публичный характер отношений, возникающих на рынке ценных бумаг.

Судебная коллегия кассационной инстанции согласилась с выводами судов, учитывая также и то, что в соответствии с пунктом 2 статьи 27.2 ФЗ «О рынке ценных бумаг» при эмиссии облигаций с обеспечением условия обеспечивающего обязательства должны содержаться в Решении о выпуске ценных бумаг, и данные условия, на которые имеется прямая ссылка в безотзывных офертах ответчиков, содержались в эмиссионных документах эмитента (Постановление ФАС Московского округа от 22.07.2010 № КГ-А40/6357-10-1,2,3,4 по делу № А40-108957/09-125-627).

Ответственность иных лиц.

13. По спору о взыскания задолженности по облигационному займу участники (акционеры) общества не отвечают по обязательствам эмитента, поскольку их ответственность ни договором, ни законом не предусмотрена.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к ответчикам (эмитенту и поручителю) о солидарном взыскании задолженности по облигациям в связи с неисполнением эмитентом обязательств по выплате купонного дохода.

На основании статьи 51 АПК РФ от поручителя поступило ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, общества - участника поручителя.

В обоснование своего заявления ответчик сослался на то, что согласно представленному в материалы дела его уставу 100% долей в уставном капитале поручителя принадлежит обществу, указанному в ходатайстве, которое одновременно владеет 0,01% в уставном капитале другого поручителя.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении ходатайства отказано, поскольку заявитель не доказал, каким образом принятый по делу судебный акт может повлиять на права и обязанности указанного лица по отношению к одной из сторон.

Суд кассационной инстанции оставил в силе состоявшиеся судебные акты, указав следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ основанием для вступления в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновение права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Однако, в силу статьи 87 ГК РФ и статьи 2 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества не отвечают по его обязательствам, в связи с этим решение по данному делу не могло повлиять на права и обязанности указанного лица (Постановление ФАС Московского округа от 31.08.2010 № КГ-А40/9775-10 по делу № А40-42703/10-100-365).

14. Основанием для невыполнения оферентом взятой на себя обязанности по подаче встречных адресных заявок к заявкам владельцев облигаций является только нарушение владельцем облигаций порядка подачи адресной заявки, предусмотренного безотзывной офертой и Правилами проведения торгов по ценным бумагам на Бирже.

Истец (владелец облигаций) обратился в суд с иском к Обществу (оферент) о взыскании номинальной стоимости облигаций, купонного дохода, процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с просрочкой оплаты. Также истец просил обязать ответчика принять спорные облигации.

Обосновывая исковые требования именно к оференту, истец ссылался на то, что эмитентом не были исполнены его обязательства по выплате купонного дохода, а в ленте новостей была опубликована безотзывная публичная оферта Общества, согласно которой ответчик обязался покупать облигации, выпущенные эмитентом у любого владельца облигаций, на условиях, установленных в оферте, т.е. с даты неисполнения или ненадлежащего исполнения эмитентом его обязательств по облигациям. Истец указывал, что совершил все необходимые действия, предусмотренные безотзывной офертой - для приобретения оферентом облигаций направил агенту оферента письменное уведомление о намерении продать облигации и подал адресную заявку на продажу облигаций в систему торгов.

Возражая против удовлетворения иска, оферент указывал на то, что не имеет отношения к безотзывной оферте, поскольку ее разместил непосредственно эмитент. Ответчик ссылался и на отсутствие возникших у него денежных обязательств перед истцом, поскольку встречной заявки противоположной направленности ответчиком не выставлялось, заключение сделки в системе торгов не регистрировалось, то есть договор купли-продажи не может считаться заключенным.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования частично: обязал оферента принять облигации эмитента, а также взыскал с ответчика в пользу истца часть задолженности, отказав в остальной части иска в связи с перерасчетом размера процентов на купонный доход.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции признал оферту ответчика акцептованной истцом.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано в полном объеме.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, не опровергнув установленных судом первой инстанции обстоятельств, не согласился с выводом суда первой инстанции. При этом суд указал, что суд первой инстанции ошибочно квалифицировал правоотношения сторон, возникшие вследствие направления оферты и действий истца, как отношения по договору купли-продажи ценных бумаг. При этом суд апелляционной инстанции сослался на соответствие своего вывода правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 25.02.2010 № 3877/09.

Суд кассационной инстанции отменил состоявшиеся судебные акты, с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Так, суд апелляционной инстанции, делая вывод о том, что договор купли-продажи не был заключен и, ссылаясь на правовую позицию суда надзорной инстанции, изложенную в Постановлении № 13877/09, не учел, что обстоятельства спора по данному делу подтверждают, что не выставление оферентом встречной адресной заявки было обусловлено тем, что при выставлении адресной заявки владельцем облигаций условия акцепта, указанные в оферте, были нарушены, поэтому акцепт оферты и не был осуществлен. Какие условия безотзывной оферты, свидетельствующие об отсутствии ее акцепта со стороны владельца облигаций, были нарушены истцом по настоящему делу, суд апелляционной инстанции в постановлении не указал.

Между тем, согласно безотзывной оферте оферент обязался подать встречные адресные заявки к заявкам, поданным в соответствии с ней, находящимся в торговой системе к моменту подачи встречных адресных заявок.

Суд кассационной инстанции сделал вывод о том, что только нарушение владельцем облигаций порядка, предусмотренного безотзывной офертой и Правилами проведения торгов по ценным бумагам на Бирже (далее - Правила Биржи), могло являться основанием для невыполнения оферентом взятой на себя обязанности по подаче встречных адресных заявок к заявкам владельцев облигаций.

Кроме того, ссылаясь на предусмотренную безотзывной офертой необходимость заключения договора купли-продажи в виде единого документа, подписанного обеими сторонами, суд апелляционной инстанции не учел, что данное требование к договору находится в безотзывной оферте, регулирующей порядок приобретения облигаций оферентом в случае, предусмотренной офертой (эмитент просрочил исполнение обязательств по выплате суммы основного долга по облигациям на срок более 30 календарных дней или отказался от исполнения указанного обязательства), в то время как в рамках данного спора обязательства оферента по приобретению облигаций регулировались офертой и были обусловлены просрочкой исполнения эмитентом обязательств по выплате очередного купона по облигациям на срок более 7 календарных дней.

При этом в безотзывной оферте обязательного требования по подписанию сторонами единого документа (договора купли-продажи) не содержалось.

Напротив, согласно Правилам Биржи по проведению торгов по ценным бумагам, заключение сделки в системе торгов осуществляется при совпадении условий, указанных в двух встречных адресных заявках, при этом моментом заключения участником торгов сделки считается момент ее регистрации в системе торгов, документом, подтверждающим заключение участником торгов сделки, является выписка из реестра сделок.

При новом рассмотрении суду были даны указания проверить доводы ответчика о

нарушении владельцем облигаций порядка выставления адресной заявки на торги

(Постановление ФАС Московского округа от 23.12.2010 № КГ-А40/10933-10 по делу № А40-43374/09-34-364). 

Заместитель председателя А.М. Губин
И.о. председателя седьмого судебного состава М.Д. Ядренцева
Судья седьмого судебного состава Е.А. Петрова
И.о. начальника отдела обобщения судебной практики, учета и статистики Ф.В. Загаров

 

Сервис временно не доступен